7 бесполезных вещей, которые понимаешь, работая археологом
Как говорил Индиана Джонс: «Археология — это поиск фактов. Не истины. Если вас интересует истина, семинар профессора Тайри по философии дальше по коридору». Но Индиана забыл о главном сокровище археолога — уникальном опыте, который получает молодой исследователь, выкапывая нужник XVIII века чайной ложечкой.
Наш специалист по дракам и истории Павел Зенцов рассказывает о том, как работал на археологическом раскопе и понял несколько важнейших вещей, которые до сих пор помогают ему в жизни.
1
Занятие археологией — лучший способ перестать бояться смерти и мертвяков
Тертого археолога, если он только не кабинетный теоретик, легко определить по странной профессиональной деформации. Ублюдок никогда не упускает возможности сфотографироваться в только что раскопанной могиле с целым скелетом в обнимку. Других фотографий у него попросту нет. Зайдите в его соцсести: вот Раскоп Раскопыч лобызается с трупом черемисского вождя, вот он нежно дышит в глазницу булгарского ребенка, а вот пытается спрятать эрекцию, прикрывшись тазовой костью убитого монголами епископа.
Но это уже крайние проявления. Простой студент или аспирант-копатель приобретают лишь полезную терапевтическую дозу цинизма по отношению к смерти. Ну да, мертвые. Ну да, жаль, что их так некрасиво перебили половцы. Но до наших дней они бы все равно не дожили, верно?
2
Если вам нужны черепа для культистских обрядов,
то вам в археологию
Коллеги Индианы Джонса постоянно возятся на заброшенных кладбищах (если совсем повезло — языческих) и постоянно находят там какие-то скелеты. Сначала это жутко, потом завораживает, потом становится рутиной. Главное, чтобы, как в предыдущем пункте, не дошло до панибратских отношений с мертвецами.
У меня есть друг, чрезмерно угорающий по всевозможной культистской атрибутике, в том числе и загробной. Однажды мы пришли в археологический кабинет к знакомой девчонке-археологу, и тот полез к ней с расспросами о черепах. Та шутку не поняла и притащила ему полную коробку скалящихся мертвых голов на выбор — как щенков на блошином рынке. Пришлось брать одну трясущимися руками и делать вид, что так и задумано. А теперь вопрос: насколько часто к той барышне приходили за человеческими черепами какие-то фрики, если она начала понимать их с полуслова?
3
Археолог очень быстро учится отшивать идиотов, алкашей и хулиганов
Однажды во время раскопок в Костроме нас так достали прохожие, которые пялились как бараны и спрашивали «а че делаити?», что мы начали говорить, будто копаем метро. Сработало. Поверили и отстали.
4
Пьяных археологов патологически тянет на метафизику
Археологи, ясное дело, пьют. Делают они это также, как и работают — деловито, настойчиво, тихо сцеживая матюки. Если до ближайшего магазина десять километров — идут и возвращаются с бутылками. Если пятьдесят — идут и возвращаются с бутылками, но позже. Настырное ремесло рождает настырных людей.
Потом все садятся и Беседуют. Беседовать можно обо всем, но лучше о какой-то социально-философской лабуде, вроде гомосексуализма и его связи с «платоновской пещерой» или феномена пьяных танцев как частного случая маятника Фуко. Потом все точат лопаты, готовясь к новым нашествиям фриков, клептоманов, алкашей и озабоченных. Хорошо пить с археологами.
5
Научный руководитель на раскопе — это конунг, а мы — его дружина
Если вы когда-нибудь плавали грабить Константинополь, то вы примерно понимаете, какая атмосфера царит на нормальном раскопе. Научник здесь — не для красоты, а чтобы направлять свою ораву отеческим лещом и мудрым словом. Иначе они реально выкопают метро или пробудят что-то нехорошее на старом кладбище (хороший сюжет для хоррора).
Ни в одной академической дисциплине физическая сила и размеры не имеют такого значения, как в археологии. Гениальный физик может всю жизнь провести в инвалидном кресле — все отнесутся с пониманием и сочувствием. Но хороший научрук на раскопе должен быть внушительным. Идеальный — еще и самбистом или боксером.
Не раз был свидетелем того, как научник заставляет почти буквально ссаться от ужаса перваков, которые напились на практике и начали буянить. Зафиксированы легендарные случаи, когда археологи дрались с деревенскими, а научрук бился в самой гуще, как флагман, даже если уже седовлас и подслеповат.
6
Археологи обожают розыгрыши.
Почти всегда — невероятно тупые
Как-то раз мы подкинули в грунт на раскопе ржавый здоровенный гвоздь. Его вскоре нашли девчонки и потащили к научнику. Тот взглянул на железку и сразу пришел к выводу о том, что это — наконечник копья. Скорее всего, марийский. Скорее всего, века десятого, переделанный из древнего скифского кинжала (если судить по характерной форме, конечно). Всем вдруг стало страшно. У нас уже был один такой профессор, который по одному черепку написал целую диссертацию, сотрясающую основы всей исторической науки. Пришлось рассказать о гвозде — иначе дальше было бы только хуже.
Другой пример дебильного розыгрыша: несколько девчонок с раскопа измазали себя помадой, придали себе предельно потрепанный и зареванный вид ради того, чтобы заявить, что их, якобы, изнасиловали местные гопники. Дело происходило в глухом паршивом райцентре, от которого даже Расту Коулу стало бы не по себе, так что мы поверили и в ярости кинулись за лопатами, чтобы натурально идти и убивать. Дуры быстро поняли, что розыгрыш — тупее некуда, а таланта к шуткам у них нет. И сознались.
И так почти всегда: шутки на раскопе почему-то резко перерастают в форсмажорные ситуации.
7
Кладов нет и не будет. Романтики — тоже
Типичная история на каком-нибудь городском раскопе: выкапывается какая-нибудь крышка бочки, все тут же представляют себе клад, запрятанный купцом Свистоплясовым во время революции. Оказывается, что это просто бочка с землей. На следующий день раскапывается сундук, и все снова уверены в том, что вот теперь-то клад Свистоплясова у них в кармане. Но это просто ящик. Послезавтра металлоискатель отыскивает нечто — наконечник копья, переделанный из древнего скифского кинжала (то есть, попросту, ржавый гвоздь из 1970-х).
И так раз за разом, случай за случаем. Археолог умен, когда дело касается любых других вопросов, но когда речь заходит о призраке клада, теряет волю, сознание, впадает в раж и нервное оцепенение.
А скелет купца Свистоплясова и поныне где-то под землей обнимает свою бочку золота. Но когда-нибудь мы найдем его, и старый профессор сделает со скелетом эротическую фотосессию, а мы обогатимся. Но не сегодня. Просто не сегодня.
Профессия: археолог
Как попасть в экспедицию, и что археологи делают в современном городе
Я с детства увлекался историей, но археологом стал почти случайно. После девятого класса я пошёл в техникум — осваивал профессию наладчика контрольно-измерительных приборов. На каникулах мне довелось ненадолго поехать в настоящую экспедицию, где я понял, что должен поступить на истфак.
Чем занимается археолог
Археология — вспомогательная историческая дисциплина. В Нижегородской области, откуда я родом, ведутся споры о том, что находится под местным кремлём. Его площадь раскопана на одну четверть, а недавно во время ремонта было обнаружено основание храма. О храме историки впервые узнали из документов, и раскопки это подтвердили.
Иногда археологи находят новые неизвестные поселения. Такие исторические памятники проливают свет, например, на процесс расселения славян, поскольку письменных источников не хватает.
Где работают археологи
Не только в поле
В крупных исследовательских центрах и во многих зарубежных организациях одни археологи занимаются камеральной работой, другие ездят в поле — на раскопки. Камеральная работа — это систематизация, описание находок и составление каталогов. В российской науке археолог часто выполняет бумажную работу зимой, когда раскопки вести невозможно. Чтобы копать, не требуется особого темперамента и склада характера, а в камеральной работе нужны усидчивость и внимательность к деталям.
Не только в науке
Археологи нужны не только в музеях, университетах или научно-исследовательских институтах. В развивающихся городах действуют частные археологические компании. Они выполняют разведку и ведут раскопки по заказу застройщиков. Крупные нефте- и газодобывающие предприятия могут иметь археолога в своём штате.
Дело не в любви к истории, а в соблюдении федерального закона. Чтобы вести строительство на территории, которая имеет историко-культурное значение, нужно получить разрешение. Поскольку большинство городов стоит на месте древних поселений, почти на любой стройке нужна археологическая разведка. Особенно тщательно проверяют берега и поймы рек, озёр, а ещё территории будущих водохранилищ.
Режим и график
В тёплых регионах, например, в Крыму, раскопки проводят круглый год. Там, где выпадает снег, сезон начинается в апреле и заканчивается в ноябре. Бывает, что работы нужно провести срочно, допустим, в связи со строительством дороги или моста, тогда работают и зимой. В этом случае раскоп накрывают тентом, а внутри грунт отогревают с помощью тепловых пушек. Внутри крепостных башен с земляным полом или в подвалах строений археологи могут работать круглый год.
Продолжительность рабочего дня выездной экспедиции зависит от климата. В жарких регионах копают по четыре часа утром и вечером, а днём устраивают сиесту. Там, где погода позволяет, работают восемь часов с перерывом на обед.
Карьера археолога
Археологи не всегда остаются научными сотрудниками при институтах. Амбициозные профессионалы зарабатывают деньги и обретают высокий статус в научной и деловой среде. Одно из перспективных направлений — работа в Министерстве культуры. Там специалисты проверяют заключения по итогам раскопок на территории всей России.
Некоторые археологи увлекаются одной темой и становятся признанными экспертами по оружию, керамике или архитектуре. Например, выпускник СПбГУ нумизмат Вячеслав Кулешов сейчас работает в Стокгольмском университете. Он изучает арабские монеты, ездит и собирает их по разным странам.
Некоторые археологи мечтают возглавить кафедру, институт или музей. Кто-то открывает свою археологическую компанию и занимается бизнесом. Ещё один способ реализовать себя и применить знания — стать блогером, популяризатором истории.
Чего ждать от первой экспедиции
В первую экспедицию меня взяли по знакомству на три дня. Раскопки велись за городом, так что жить приходилось в походных условиях, к чему я не был готов. В школьные годы я бывал в походах, но провести несколько дней в палатке, без удобств, мыться в речке и есть туристскую еду было непривычно.
В последующие годы на раскопках я часто встречал людей, которые не имели представления об археологическом быте, как и я в первый раз. Девушки иногда приезжали со свежим маникюром и педикюром, который терял вид в первые минуты работы на раскопе. Неопытные участники экспедиции одевались для принятия солнечных ванн и за день обгорали до волдырей.
По приезде домой тяготы экспедиционного быта уже не казались чем-то существенным, особенно в сравнении с романтикой походной жизни. Всего за несколько дней экспедиции я так увлёкся археологией, что поступил на истфак и пять лет участвовал в раскопках.
Какие навыки нужны в экспедиции
В зависимости от масштабов раскопок участники берут на себя одну или несколько обязанностей. Незаменимый человек в любой экспедиции — её руководитель. Он несёт ответственность за имущество, оформляет документы и подбирает команду. Другой человек, без которого трудно представить выезд команды или городские раскопки, — завхоз. Заведующий хозяйственной частью ведёт учёт всего оборудования, инвентаря и продуктов.
У тех, кто снимает грунт на участке, нет особой должности, их называют просто «люди на лопате». Иногда они же выступают в качестве переборщиков — просеивают или моют грунт, если нужно найти мельчайшие осколки, драгоценные камни и бисер.
Отдельная