Владимир Высоцкий
Высоцкий умел донести жизнь через простые понятные образы, которые доступны любому человеку, вне зависимости от его образования, уровня понимания искусства и т д. Какие-то его стихи и песни были эхом эпохи, какие-то останутся актуальными еще очень много лет.
Продолжая свою серию постов о поэтах, я опять опубликую стихи Высоцкого, которые особенно зацепили именно меня. И постараюсь тут опубликовать не самые известные и раскрученные его творения, а те, которые скорее в тени самых известных, но которые при этом меня просто восхитили или даже шокировали.
Тот, который не стрелял
Я вам мозги не пудрю —
Из ружей целый взвод.
За что мне эта злая,
Не то чтобы не знаю, —
Мой командир меня почти что спас,
Но кто-то на расстреле настоял —
И взвод отлично выполнил приказ.
Ещё тогда приметил
И взял на карандаш.
Он выволок на свет и приволок
Подколотый, подшитый матерьял —
Никто поделать ничего не смог.
Рука упала в пропасть
С дурацким звуком: «Пли!» —
И залп мне выдал пропуск
В ту сторону земли.
Но. слышу: «Жив, зараза!
Тащите в медсанбат —
Расстреливать два раза
И, удивляясь, пули удалял.
А я в бреду беседовал тайком
В госпиталях, однако,
В большом почёте был —
Ходил, в меня влюблённый,
Весь слабый женский пол:
«Эй, ты! Недострелённый!
Наш батальон геройствовал в Крыму,
И я туда глюкозу посылал,
Чтоб было слаще воевать ему.
Я пил чаёк из блюдца,
Со спиртиком бывал.
Мне не пришлось загнуться,
В свой полк определили.
«Воюй! — сказал комбат. —
А что недострелили —
Я очень рад был, но, присев у пня,
Я выл белугой и судьбину клял:
Немецкий снайпер дострелил меня,
Зачем мне считаться
Не лучше ль податься
хоть и нету законов —
Поддержка и энтузиазм миллионов.
хоть и нету законов —
Поддержка и энтузиазм миллионов.
Но надо ж узнать, кто
А вдруг из-за них мне
к Альберту Эйнштейну.
но спрошу я невольно:
мне Абрама Линкольна?
Средь них — пострадавший
Средь них — уважаемый
Мой друг Рабинович,
И даже основоположник марксизма.
мне сказал после дельца,
Что пьют они кровь
мне ребята сказали,
По Курской, Казанской
живут там как боги.
на разбой и насилье.
Едешь ли в поезде, в автомобиле
Или гуляешь, хлебнувши винца, —
При современном машинном обилье
Трудно по жизни пройти до конца.
Вот вам авария: в Замоскворечье
Трое везли хоронить одного —
Все, и шофёр, получили увечья,
Только который в гробу — ничего.
Бабы по найму рыдали сквозь зубы,
Дьякон и тот верхней ноты не брал,
Громко фальшивили медные трубы,
Только который в гробу не соврал.
Бывший начальник — и тайный разбойник —
В лоб лобызал и брезгливо плевал,
Все приложились, и только покойник
Так никого и не поцеловал.
Но грянул гром — ничего не попишешь,
Силам природы на речи плевать, —
Все разбежались под плиты и крыши,
Только покойник не стал убегать.
Что ему дождь? От него не убудет.
Вот у живущих закалка не та.
Ну а покойники, бывшие люди, —
Смелые люди и нам не чета.
Как ни спеши, тебя опережает
Клейкий ярлык, как отметка на лбу,
А ничего тебе не угрожает,
Только когда ты в дубовом гробу.
Можно в отдельный, а можно и в общий —
Мёртвых квартирный вопрос не берёт.
Ох, молодец этот самый усопший:
Не испугается и не соврёт.
В царстве теней — в этом обществе строгом —
Масса опасностей, бездна тревог.
Как и у нас: все мы ходим под Богом,
Только которым в гробу — ничего.
Ловко, надёжно работают бойни,
Все кому надо — всегда в тренаже.
Значит, в потенции — каждый покойник,
За исключением тех, кто уже.
Слышу кругом: «Он покойников славит!»
Нет, я в обиде на нашу судьбу:
Всех нас когда-нибудь ктой-то задавит,
За исключением тех, кто в гробу.
Считай по-нашему, мы выпили не много.
И если б водку гнать не из опилок,
То чё б нам было с пяти бутылок!
близ прилавка в закуточке,
Потом — в скверу, где детские грибочки,
Потом. Не помню — дошёл до точки.
Так ещё б: я пил из горлышка, с устатку и не евши,
Но я как стекло был, то есть остекленевший.
А уж когда коляска подкатила,
Мы, правда, третьего насильно затащили.
Ну, тут промашка — переборщили.
А что очки товарищу разбили,
Так то портвейном усугубили.
Товарищ первый нам сказал, что вы уймитесь,
Что — не буяньте, что — разойдитесь.
На «разойтись» я сразу ж согласился —
И разошёлся, то есть расходился!
Но если я к_о_г_о ругал — карайте строго!
Но это — вряд ли! Скажи, Серёга!
А что упал, так то — от помутненья,
Орал не с горя — от отупенья.
. Теперь дозвольте пару слов без протокола.
Чему нас учит семья и школа?
Что жизнь сама таких накажет строго. Правильно?
Тут мы согласны. Скажи, Серёга!
Вот он проснётся утром — он, конечно, скажет:
Пусть жизнь осудит, пусть жизнь накажет!
Так отпустите — вам же легче будет:
Ну чего возиться, раз жизнь осудит!
Вы не глядите, что Серёжа всё кивает, —
А что он молчит, так это он от волненья,
От осознанья и просветленья.
Не запирайте, люди, — плачут дома детки,
Ему же — в Химки, а мне — в Медведки.
Да, всё равно: автобусы не ходят,
Метро закрыто, в такси не содят.
Приятно всё-таки, что нас тут уважают:
Гляди — подвозят, Серёга, гляди — сажают!
Разбудит утром не петух, прокукарекав, —
Сержант подымет, то есть как человеков!
Нас чуть не с музыкой проводят, как проспимся.
Я рупь заначил! Слышь, Сергей, — опохмелимся!
И всё же, брат, трудна у нас дорога!
Эх, бедолага! Ну, спи, Серёга!
Песня о конькобежце на короткие дистанции, которого заставили бежать на длинную
Десять тысяч — и всего один забег
В это время наш Бескудников Олег
Я, говорит, болен, бюллетеню, нету сил —
Вот наш тренер мне тогда и предложил:
Я ж на длинной на дистанции помру —
Пробегу, быть может, только первый круг —
Но сурово эдак тренер мне: мол, на-
Главное дело — чтобы воля, говорит, была
Воля волей, если сил невпроворот, —
Я на десять тыщ рванул, как на пятьсот, —
Подвела меня — ведь я предупреждал! —
Пробежал всего два круга — и упал.
И наш тренер, экс- и вице-чемпион
Не пускать меня велел на стадион,
Ведь вчера мы только брали с ним с тоски
А сегодня он кричит: меняй коньки на санки!
Жалко тренера — он тренер неплохой.
Я ведь нынче занимаюсь и борьбой,
Не имею больше я на счёт на свой
Все вдруг стали очень вежливы со мной,
Нет острых ощущений — всё старьё,
Того гляди, с тоски сыграю в ящик.
Балкон бы, что ли, сверху иль автобус — пополам, —
Вот это дело, это подходяще!
Видел бог, что дошёл я до точки! —
Самосвал в тридцать тысяч кило
Мне скелет раздробил на кусочки!
Вот лежу я на спине —
Каждый член у мене —
Всё будет в цельности
Эх, жаль, что не роняли вам на череп утюгов,
Скорблю о вас — как мало вы успели!
Ах, это просто прелесть — сотрясение мозгов,
Ах, это наслажденье — гипс на теле!
На руках моих — крепкие латы,
Так и хочется крикнуть: «Коня мне, коня!» —
И верхом ускакать из палаты!
Каждый член у мене —
Всё будет в цельности
Задавлены все чувства, лишь для боли нет преград,
Ну что ж, мы часто сами чувства губим,
Зато я, как ребенок, — весь спелёнутый до пят
И окружённый человеколюбием!
Под влияньем сестрички ночной
Я любовию к людям проникся —
И, клянусь, до доски гробовой
Я б остался невольником гипса!
И вот лежу я на спине —
Каждый член у мене —
Всё будет в цельности
Вот хорошо б ещё, чтоб мне не видеть прежних снов:
Во сне я рвусь наружу из-под гипсовых оков,
Мне снятся свечи, рифмы и коррида.
Ах, надежна ты, гипса броня,
От того, кто намерен кусаться!
Но одно угнетает меня:
Что никак не могу почесаться,
Что лежу я на спине —
Что каждый член у мене —
Всё будет в цельности
Вот, я давно здоров, но не намерен гипс снимать:
Пусть руки стали чем-то вроде бивней,
Пусть ноги истончали — мне на это наплевать, —
Зато кажусь значительней, массивней!
Я под гипсом хожу ходуном,
Я наступаю на пятки прохожим,
А мне удобней казаться слоном
И себя ощущать толстокожим!
И вот по жизни я иду —
Каждый член у мене —
Всё будет в цельности
Дайте собакам мяса
Дайте собакам мяса —
Может, они подерутся.
Дайте похмельным кваса —
Авось они перебьются.
Чтоб не жиреть воронам,
Ставьте побольше пугал.
А чтобы любить, влюблённым
Дайте укромный угол.
В землю бросайте зёрна —
Может, появятся всходы.
Ладно, я буду покорным —
Дайте же мне свободу!
Псам мясные ошмётки
Дали — а псы не подрались.
Дали пьяницам водки —
Но вороньё не боится.
А им бы разъединиться.
Лили на землю воду —
Нету колосьев. Чудо!
Мне вчера дали свободу —
Что я с ней делать буду?!
Книжная лига
12.7K постов 59.3K подписчик
Правила сообщества
Мы не тоталитаристы, здесь всегда рады новым людям и обсуждениям, где соблюдаются нормы приличия и взаимоуважения.
При создании поста обязательно ставьте следующие теги:
«Ищу книгу» — если хотите найти информацию об интересующей вас книге. Если вы нашли желаемую книгу, пропишите в названии поста [Найдено], а в самом посте укажите ссылку на комментарий с ответом или укажите название книги. Это будет полезно и интересно тем, кого также заинтересовала книга;
«Посоветуйте книгу» — пикабушники с удовольствием порекомендуют вам отличные произведения известных и не очень писателей;
«Самиздат» — на ваш страх и риск можете выложить свою книгу или рассказ, но не пробы пера, а законченные произведения. Для конкретной критики советуем лучше публиковаться в тематическом сообществе «Авторские истории».
Частое несоблюдение правил может в завлечь вас в игнор-лист сообщества, будьте осторожны.
а мой любимый вот этот
Кто-то высмотрел плод, что неспел, неспел,
Вот вам песня о том, кто не спел,
И что голос имел, не узнал, не узнал.
Может, были с судьбой нелады, нелады
И со случаем плохи дела, дела —
А тугая струна на лады, на лады
С незаметным изъяном легла.
Он начал робко — с ноты «до»,
Но не допел её, не до.
Не дозвучал его аккорд, аккорд
И никого не вдохновил.
Собака лаяла, а кот
Смешно, не правда ли, смешно! Смешно!
А он шутил — не дошутил,
И даже недопригубил.
Он пока лишь затеивал спор, спор,
Неуверенно и неспеша, неспеша.
Словно капельки пота из пор, из пор,
Из-под кожи сочилась душа, душа.
Только начал дуэль на ковре, на ковре,
Еле-еле, едва приступил, приступил,
Лишь чуть-чуть осмотрелся в игре,
И судья ещё счёт не открыл.
Он знать хотел всё от и до,
Но не добрался он, не до.
Ни до догадки, ни до дна, до дна,
Не докопался до глубин,
Смешно, не правда ли, смешно! Смешно!
А он спешил — недоспешил.
Всё то, что он недорешил.
Ни единою буквой не лгу, не лгу —
Он был чистого слога слуга, слуга.
Он писал ей стихи на снегу, на снегу —
К сожалению, тают снега, снега.
Но тогда ещё был снегопад, снегопад
И свобода писать на снегу —
И большие снежинки, и град
Он губами хватал на бегу.
Но к ней в серебряном ландо
Он не приехал и не до.
Не добежал, бегун, беглец, беглец,
Не долетел, не доскакал,
А звёздный знак его «Телец»
Холодный Млечный путь лакал.
Смешно, не правда ли, смешно?
Когда секунд недостаёт, —
И недолёт, и недолёт?!
Смешно, не правда ли? Ну вот!
И вам смешно, и даже мне —
Конь на скаку и птица влёт.
Спасибо.) Приятно видеть, что песни моей молодости ещё котируются.
Спасибо, пойду вот послушаю.
Ответ на пост «Будущий писатель»
Помню, в классе 9-м, когда задавали выучить любую главу из Евгения Онегина, одноклассник (которому учеба в силу ряда причин была полностью чужда, а рус.лит. а особенности), вызванный к доске говорит: я выучил главу 9-ю. Учительница, ещё не догоняя, в чем подвох, но уже немного напрягшись (т.к. ученик, по идее, просто должен быть сказать, что ничего не выучил), отвечает: читай. Ученик: точка, точка, точка, точка, точка. точка, новая строка, точка, точка, точка. Классу, в отличие от учительницы, понравилось, но в дневнике у пацана появился очередной «кол».
Стихи
Я прекрасна
Если день с утра паршивый,
И холодный, и дождливый,
И не хочется ни пива, ни партейки в домино,
Чтоб на сердце стало ясно,
Повторяй припев потрясный:
День говно, а я прекрасна,
Я прекрасна, день — говно!
Если завтра не суббота,
Если завтра ждёт работа,
Если мучает икота, зуб болит уже давно,
Чтобы жизнь не стала пресной,
Повторяй припев чудесный:
Жизнь говно, а я прелестна,
Я прелестна, жизнь — говно!
Если мир вокруг ужасный,
Мир опасный, мир несчастный,
Мир зубастый и блохастый,
Словно бешеный енот,
Победить его несложно,
Подпевай, насколько можно:
Мир говно, а я роскошна,
Я роскошна, мир — говно!
Если на исходе силы,
Если отовсюду вилы,
Если хочется текилы и французского кино,
Устранит все неполадки
Наша песенка на святки:
Всё говно, а я в порядке,
Я в порядке, всё — говно!
Литературные мистификации. Как Брюсов придумал двух поэтесс
В истории отечественной литературы Серебряного века есть много любопытных эпизодов, которые не вошли в школьные учебники. Всего ведь не расскажешь — надо многотомные сочинения писать, чтобы все эти факты и фактики уместить.
Иногда случайно обнаруживаешь какой-нибудь малоизвестный эпизод в биографии великих и очень хочется поделиться с читателями. Например, знали ли вы, что знаменитый русский поэт-символист Валерий Брюсов однажды решил притвориться сразу двумя поэтессами?
В общем, на рубеже 1910-х годов ему захотелось поиграть. Провести этакий литературный эксперимент по мотивам недавно прогремевшей на всю литературную Россию истории с выдуманной поэтессой Черубиной де Габриак.
Брюсов решил взять количеством. Вместо одной загадочной и талантливой незнакомки у него будет сразу две. Каждой он придумал звучное имя — Мария Райская и Ира Ялтинская. Осталось написать за них стихи, сочинить им биографию и ввести в отечественную литературу.
Особенно драматичным получился образ Марии Райской. Якобы Брюсов встретил в 1899 году 21-летнюю девушку, прочел ее стихи и сразу понял, что перед ним одаренная поэтесса. Однако в 1907 году Райская умерла в одесской больнице, и вот теперь Брюсов наконец решился воздать ей должное — опубликовать ее стихи. Трогательно?
Биографию Иры Ялтинской он не продумывал так серьезно. Зато у ее сборника уже даже появилось название: «Крестный Путь. Стихи за двадцать лет. 1893–1913 г.». Книга стихов должна была сопровождаться автобиографией.
Но обе девушки так и остались только проектом. В конце концов, Брюсов решил слепить из них одну, убрав все фамилии и биографические сведения. Осталось только имя — Нелли.
В 1913 году сборник «Стихи Нелли», подготовленный Брюсовым, увидел свет в издательстве «Скорпион» и поверг отечественных поэтов в недоумение. Подписи у них не было. Зато сборнику предшествовал сонет Брюсова в формате посвящения. В книге было 28 стихотворений — предельно изысканных и куртуазных:
Из-под шляпы чёрно-бархатной,
Вижу перлы, вижу яхонты.
Многие купились. Владислав Ходасевич написал рецензию на сборник:
«Имя Нелли и то, что стихи написаны от женского лица, позволяют нам считать неизвестного автора женщиной. Тем более удивительна в творчестве совершенно мужская законченность формы и, мы бы сказали, — твердость, устойчивость образов. Ведь читатель, конечно, согласится с нами, что стихи женщин, обладая порою совершенно особенной, им только свойственной прелестью, в то же время неизменно уступают стихам мужским в строгости формы и силе выражения».
Но вот Сергей Городецкий, например, не обманулся и напечатал статью, в которой недвусмысленно заявил, что автор этих строк — сам Брюсов. В ответ на это лидер русского символизма прислал в редакцию письмо с опровержением:
«Считаю совершенно необходимым заявить, что псевдоним Нелли принадлежит не мне, но лицу, не желающему пока называть свое имя в печати».
Красота: среди бегущих первых нет и отстающих
Признание в любви истинно-военного человека
Я вас люблю, как бранный пир;
Люблю, как представленье к чину;
Люблю, как прапорщик мундир;
Люблю, как любит дисциплину
Из немцев ротный командир!
Ваш взор прекраснее парада,
Велеколепней чем развод.
За то, что мой исправен взвод!
Ваш голос, дивен, полн октав.
Ваш ум высоко-генальный
И строг и точен как устав!
Как полковой приказ вы святы!
Страшны, как корпусного гнев!
И теплым чувством так богаты,
Как с амунинцией резерв!
Правда ли, что Пушкин – автор стихотворения «Лакеи вечные Европы…»?
В последние годы по соцсетям гуляет стихотворение, в котором критикуется низкопоклонство перед Западом. Его автором часто называют Александра Сергеевича Пушкина. Мы проверили, правда ли это.
Контекст. Особую популярность эти стихи со ссылкой на Пушкина получили в 2014 году после событий в Украине — тогда многие адресовали их участникам Евромайдана. К примеру, одна из публикаций произведения в Facebook породила почти 800 репостов. Ходило стихотворение и в «Живом журнале». В августе того же года в своей статье для РИА «Новости» эти строчки приписал Пушкину политолог Юрий Городненко. В 2021 году текст стихотворения с подписью «А. С. Пушкин» появился на ограде возле Дома профсоюзов в Одессе.
Найти подобные строчки у Пушкина не получится — ни в канонических произведениях, ни в черновиках, ни в письмах. Одно из самых ранних сохранившихся упоминаний стихотворения в Рунете встречается в одном из блогов на портале газеты «Завтра» от 4 октября 2005 года, где произведение приписано некоей Елене Лаврентьевой из города Донецка. У Лаврентьевой есть своя страничка на сайте «Стихи.ру», из которой можно узнать, что она — член Союза писателей СССР с 1971 года. Искомое стихотворение, если верить поэтессе, написано 23 октября 2003 года и вошло в её печатный сборник 2006 года. В ряде публикаций уточняется, что произведение (посвящённое, как указано, «галицкой элите») было написано к первому Майдану, но тогда выходит, что некорректно указана дата его создания, ведь «оранжевая революция» произошла в 2004 году.
Таким образом, приписываемое Пушкину стихотворение о «лакеях Европы» на деле принадлежит поэтессе из Донецка и появилось в первой половине нулевых. Это далеко не первый случай, когда наследие великого поэта пытаются «обогатить» подобным способом. Так, в 2020 году Рунет облетело его фейковое стихотворение про карантин.
Ещё нас можно читать в Телеграме, в Фейсбуке и в Вконтакте. Традиционно уточняю, что в сообществах отсутствуют спам, реклама и пропаганда чего-либо (за исключением здравого смысла), а в день обычно публикуем не больше двух постов.
Командор. Памяти Владислава Крапивина
А здесь, похоже, еще не осень. Скорее, август, а то – июль. В теплейшем воздухе вьются осы живее всех веретён и юл, крапива щедро язвит лодыжки, звенит кузнечиковая рать, и ни малейшей тебе одышки, и никакого тебе одра. Шагаешь вдаль, невесом и тонок, готов полмира пройти пешком, то на деревья косишься, то на свои сандалии с ремешком, трава по пояс, пружины в пятках, футболка выпачкана в земле. Ты скинул больше семи десятков, ты снова Славка, тебе семь лет – листы акации вместо денег, синяк на локте, в зубах смола, твоя вселенная беспредельна и в то же время малым мала. А между тем подступает вечер, и ноги сами несут тебя на неизменное место встречи тобою выдуманных ребят.
В костре потрескивает валежник, но дым не горек, а сладковат. По этим отрокам в мире внешнем скучают ванная да кровать. Закат у Башни всегда оранжев и пахнет дикой густой травой. Сегодня каждый пришел пораньше, поскольку повод нерядовой, залиты йодом зигзаги ссадин, вихры приглажены в сотый раз. Посмотришь сбоку, а лучше сзади, ни дать ни взять – образцовый класс, ушей услада, очей отрада. Хотя, по сути, любой из них – боец мальчишеского отряда, дозорный, конник, трубач, связник. Хотя за каждым стоит такое, о чем и думать не хватит сил – шеренга серых казенных коек; планета, съехавшая с оси. У них задача – всегда быть рядом, пресечь войну, погасить раздор…
Сегодня вечером с их отрядом впервые встретится Командор.
К слову о том, почему школьники ненавидят учить стихи
В интернете наткнулся на вопрос одной дамы: «Кто-нибудь мне объяснит, откуда эти трагедии вокруг учения стихов наизусть? Это ж наименее сложное из всего, что можно с текстом делать. В смысле, принудительно расширять об него словарный запас и чувство ритма. Другие задания, вроде анализа стилистики, синтаксического разбора, написания эссе с хренадцатью критериями оценки и пр. куда сложнее [. ]»
Мне кажется, причины этих школьных «трагедий» не в трудности что-то выучить. А в том, что школьнику не ясно: нахрена мне нужно учить это непонятно-возвышенное старьё? «Во глубине сибирских руд. «, «Я помню чудное мгновенье. » Непонятные, неактуальные молодому человеку переживания, темы, язык! А учить надо, чтобы не схлопотать двойку. То есть, принудиловка страхом. В итоге человек давится, учит и на выходе имеет стойкое отвращение ко всем этим Пушкиным, Жуковским и Лермонтовым.
